Немирные атомы: мир катится к политическому кризису

Первой в ряде поразивших мир новостей нужно назвать решение Барака Обамы разместить на севере Австралии 2500 морских пехотинцев и усилить присутствие морского флота США в Индийском океане. Такими мерами формально воплощается в жизнь военная доктрина, в соответствии с которой США мыслят себя «Тихо-атлантической державой». Но Китай, не желающий уступать ни одной морской мили и признавать американскую гегемонию, как бы между прочим, а на самом деле в качестве симметричного ответа в конце ноября разворачивает учения в Тихом океане. Как утверждают официальные источники, акция не направлена против конкретного государства или цели. Больше о ней ничего не известно.

Вторым волнительным сообщением было направление трех российских военных кораблей в сирийские воды. Задачи боевых судов не были озвучены внятно, но выглядело это как поддержка сирийского режима, испытывающего большие сложности в отношении Лиги Арабских Стран (ЛАГ), требующих прекращения кровавых репрессий режима Асада. Также была представлена точка зрения, сводящаяся к тому, что российские корабли часто плавают в сирийский порт Тартус, где располагается российская военно-морская база. Из чего вытекает рядовой характер перемещения военных единиц. Правда, есть версия, что корабли будут препятствовать попаданию в Сирию оружия, предназначенного для оппозиционных Асаду сил. Показателен и отказ Игоря Дыгало, главнокомандующего ВМФ России по связям с общественностью и СМИ, прокомментировать этот факт.

Третьим сигналом обострившегося глобального противостояния стал провал российско-американской «перезагрузки». США по-прежнему намерены размещать систему ПРО в ряде европейских стран. Среди них Турция, Румыния, Польша, Чехия, Испания и другие. Незамедлительная реакция Дмитрия Медведева в виде выступления по российскому телевидению похоронила все надежды на улучшение взаимоотношений. Многие критики отмечали, что подобная резкость не вяжется с образом либерального политика, который Медведев так долго создавал. Некоторые усматривают в этом подготовку к милитаризации страны. Скорее всего, уже сегодня на примере конфликта интересов она проходит легитимацию. Поэтому следующий президент России, кем бы он ни был, подхватит эстафетную палочку. Возможно и прямо обратное суждение: нынешний президент подготавливает почву для будущих непопулярных решений.

Показательно, что в своей речи о необходимости «юридических гарантий» со стороны США, которые убеждают Россию в защитной функции ПРО от агрессии Ирана и КНДР, Медведев назвал ответные меры России по размещению современных ударных систем вооружения «малозатратными». Это необычное слово нашло отклик только в американской публицистике, в которой ситуацию назвали «холодной войной для бедных». Трудно сказать, кого это касается в большей степени – российский бюджет будет как никогда щедр к военно-промышленному комплексу, выделяя только в 2012 году 1 трлн. рублей на его нужды, а к 2020 году на программу вооружения будет потрачено 23 трлн. рублей. Может ли Россия позволить себе такие траты при волатильности сырьевых рынков и неэффективной фискальной политике – вопрос, который странным образом не волнует рядовых граждан.

Совершенно иную гражданскую позицию демонстрируют американцы. Многочисленные журналисты и комментаторы сразу обратили свое внимание на то, в какую цену дефицитному бюджету обойдется программа ПРО. В конце концов, госбюджет не в последнюю очередь складывается из налогов граждан, и они имеют полное право оценивать целесообразность таких непомерно больших затрат. Провал российско-американской «перезагрузки» связывали еще и с тем, что Россия в отличие от США, по мнению западных экспертов, не является идеологическим государством. Поэтому прослеживается импульсивность и непоследовательность во внешней политике. И действительно, Россия мало чем может гордиться в последнее время – провалов МИДа накопилось критическое количество. Нельзя говорить и о какой-либо тщательно проводимой внешней политике. Но все же западные критики ошибаются, переоценивая обаяние американской демократии и оказываемое ею влияние на часть элит в авторитарных государствах, к которым они относят Россию, Китай, Сирию и Иран.

Инертное и граждански несознательное российское население все еще привлекает открытый антагонизм, точно так же, как каждый второй американец считает, что США должны вмешиваться во внутренние дела других стран, если от них исходит опасность. То есть работает идеология врага. Прямым выражением гегемонии в сознании американских граждан является то, что ровно половина населения США, по данным опроса, проведенного университетом Куиннипиак, поддерживает военное вторжение в Иран. Чтобы после этого не говорили американские политики, регрессирующие к доисторическому злу в своем республиканском крыле, и публицисты, поднимающие панику по поводу ядерной программы Ирана, все их высказывания будут скомпрометированы амбициями гегемона.

Мир движется по пути взаимных санкций: ЛАГ грозит экономическими ограничениями Сирии, США на основе фальсифицированных документов добиваются в МАГАТЭ общего принятия санкций по Ирану. Россия устанавливает ракетные комплексы Искандер в Калининградской области, Белоруссии и Краснодарском крае, чтобы отстоять государственные интересы. Китай проводит военно-морские учения с целью показать свою реальную мощь, а Сирия и Иран делят мир на два лагеря – условно авторитарный и демократический. Все походит на череду дипломатических провалов. Но история учит нас тому, что когда спор между странами не находит дипломатического решения, он заканчивается войной. Впрочем, Медведев обронил несколько слов о политической воле России, хотя вопрос тут в другом: есть ли она у США?