Урожай 2010 и виды на будущее

Потери и уроки

"Из-за неблагоприятных погодных условий в России в целом погибло 30% сельхозкультур от всех посеянных площадей - т.е. 1/3 урожая. Чрезвычайная ситуация была объявлена в 38 регионах страны, - напомнил директор департамента пищевой, перерабатывающей промышленности, регулирования агропродовольственного рынка и качества продукции Кирилл Колончин. - Минсельхоз снизил прогнозы по урожаю до 60-67 млн. т. зерна (против 97 млн. в прошлом году). К середине сентября зерновые и зернобобовые были обмолочены на почти 74% площади - то на 4 млн. га меньше, чем было в 2009 г. В этом году уже намолочено 51 млн. т. зерна (в прошлом году - 75,6 млн. т). Средняя урожайность составила 19,3 ц с гектара (в прошлом году - 24,7)".

Однако несмотря на столь значительные потери, стране не грозит продовольственный кризис. Объем потребления в целом по стране, который чуть превышает 70 млн. т, вполне может быть удовлетворен, поскольку помимо урожая нынешнего, сохранился и запас зерна с прошлого года.

Напомнившая о своем могуществе погода заставила задуматься о необходимости улучшения технологии сельхозработ и путях минимизации сельскохозяйственных рисков. В ближайший месяц Минсельхоз намерен представить в правительство РФ предложения по возрождению системы мелиорации. "Приняты решения по реформе системы страхования урожая. Поставлена задача внедрить новые принципы устойчивого земледелия, использовать современные технологии защиты почв". Кирилл Колончин отметил беспрецедентность мер, предпринимаемых государством по поддержке сельхозпроизводителей. В пострадавшие от засухи регионы будут направлены порядка 34 млрд. рублей. "Правительство выделяет 2 млн. рублей РЖД, чтобы компенсировать затраты на поставку зерна в пострадавшие регионы. Чтобы крестьяне могли перевести дух, проводится пролонгация кредитов, выделяются дополнительные субсидии", - добавил директор Департамента государственной политики в сфере АПК и информации Министерства сельского хозяйства РФ Олег Аксенов. 

Эмбарго: социальные решения ставят под угрозу будущий урожай

Одним из инструментов предотвращения резкого скачка цен на продовольственном рынке и российское, и украинское правительство считают сокращение или даже полную приостановку экспорта зерна. Однако такое сиюминутное решение социальных проблем может стать губительным для сельского хозяйства, уверены и российские, и украинские участники видеомоста. Введение в России эмбарго на экспорт зерна привело к резкому снижению уровня инвестиций в сельское хозяйство - вследствие неуверенности в будущем и отсутствия каких бы то ни было стимулов, подчеркнул президент Зернового союза России Аркадий Злочевский. Уже сейчас видно, что "денег в обработку земли вкладывается меньше, чем требуется, особенно учитывая необходимость возвращения в будущем на мировой рынок - стало быть, мы должны произвести больше, желательно в районе 100 млн. тонн. Пока же тенденции обратные. Из плановых 18,4 млн. га озимых на текущий момент отсеяли только 6. Помимо этого, уменьшились инвестиции в технологическую часть - это значит, что мы рискуем урожайностью и увеличиваем зависимость от погоды. Технологическая часть нивелирует значительную долю погодных рисков. Недовложение в нее чревато тем, что эти погодные риски начинают работать гораздо мощнее, чем могли бы при соблюдении всех технологий. Гораздо важнее поддерживать доходность производства и вместо борьбы с ценами бороться с бедностью в карманах, - считает глава Зерносоюза. - В результате же принятых компенсационных цен довольно сильно снизилась инвестиционная активность даже в смежных отраслях: гораздо меньше покупается техники, средств защиты растений и т.д".

Особенно негативные последствия введение эмбарго принесло сельхозпроизводителям южных регионов России, получивших в этом году хороший урожай - Кубани, Ставрополья и Ростовской области. За счет экспорта они могли бы получить средства, необходимые им для развития производства. "Разворот же южного зерна внутрь России привел объективно к резкому изменению ценовых параметров. На момент введения эмбарго пшеница 3-го класса продавалась в районе 6 тыс. руб. за тонну, то есть, например, в Поволжье цена на зерно для местных потребителей (мельниц, комбикормовых з-дов и т.д.) с вычетом дорожных затрат составляла 4,5 тыс. рублей. Сразу после введения запрета цена в Поволжье подскочила до 7,5 тыс. и стала совершенно неподъемной для местных потребителей. Сегодня они готовы были бы брать зерно по 5,5 - 6 тыс. руб. с доставкой. Но это автоматом приводит к опусканию закупочных цен на юге на те же 1,5-2 тыс. рублей - что уже не устраивает южных крестьян. Для них это слишком низкая цена. В результате рынок встал: сейчас нет продаж, поскольку цена, по которой готовы закупать пострадавшие регионы, не устраивает производителей. В гораздо меньшей степени введение эмбарго затронуло сельхозпроизводителей Сибири и Алтая - поскольку логистические затраты по вывозу зерна оттуда что в европейскую часть России, что в портовые зоны, примерно сопоставимы". 

Сотрудничество с соседями - необходимое условие развития российского зернового рынка

Российский зерновой рынок не сможет эффективно развиваться при тех условиях, которые есть сегодня, считает Кирилл Колончин. Сегодня на первом плане стоят вопросы разработки программы по логистике и улучшению инфраструктуры. Для их эффективного решения необходимо тесное взаимодействие с соседними государствами - Украиной и Казахстаном.

"До конца года Министерство сельского хозяйства совместно с другими ведомствами намерено разработать соответствующую программу. Россия всего лишь несколько лет выступает реальным экспортером зерна. Поэтому очень важно грамотно выстроить рынок и хорошо в него войти. Хорошим решением было бы войти в качестве пула. Черноморский пул, создаваемый Украиной совместно с некоторыми европейскими биржами - это не просто хорошая идея, а единственно возможный путь трех государств цивилизованно торговать на рынках Северной Африки и Ближнего Востока", - уверен Кирилл Колончин.

Целью такого сотрудничества является отнюдь не попытка диктовать мировые цены на зерно, а разработка согласованной продажной (а не ценовой!) политики, - подчеркивает Аркадий Злочевский. "Поскольку мы единый регион, мы должны выставлять прозрачные условия. В результате непрозрачности условий по продажам и поставкам мы имеем дифферент в цене. Мы по отношению к французам или американцам имеем цену в нашем регионе как минимум на 10 $ ниже. Это те деньги, которые просто утекают из наших карманов. Речь не идет о том, чтобы договариваться, по какой цене, доминировать - мы теряем деньги просто в результате неграмотно выстроенной политики продаж. Договариваться надо об этой согласованной политике. Логистические проблемы в зерновых поставках у нас сродни транзиту российского газа через украинскую территорию. Итогом затрудненного транзита казахстанского зерна через российскую территорию стало строительство дороги в Иран, иранского коридора. Итогом затрудненности нашего транзита через украинскую территорию стало развитие российской портовой инфраструктуры до мощности 30 с лишним млн. т. - это за последние 7 лет. Хотя объективной необходимости в этом не было. Портовых мощностей Украины вполне хватало для того, чтобы выпускать на мировой рынок и российское зерно. Рынок единый, а мы сепарируемся друг от друга и ведем несогласованную политику в поставках. Все три страны выиграли бы от договоренностей. Но речь идет не о ценах, а совместном решении общих задач - инфраструктурных, логистических, политических вопросов поставки", - поясняет глава Зерносоюза.

Президент Украинской зерновой ассоциации Владимир Клименко между тем считает, что создание зернового пула нецелесообразно, и вопросы межгосударственного взаимодействия между тремя странами на рынке зерна можно было бы рассматривать на уровне Международного совета по зерну, членами которой являются все три страны. "У сотрудничества этих трех стран есть большое будущее, но не в торговле, а в совместном наращивании производства зерна", - заявил он. В частности, по его словам, хорошее сотрудничество между станами может быть по семенам, в вопросе разработки сельскохозяйственной техники, по минеральным удобрениям, которые в России дешевле.

Нарастить производство возможно - был бы спрос

Главная проблема, стоящая перед мировым сельским хозяйством - не в наращивании мощностей, а в обеспечении платежеспособного спроса, считают российские участники видеомоста. "Развитие сельхозпроизводства сдерживает именно ограниченная платежеспособность. Как только рынок дает такой шанс, тут же и площади увеличиваются, - поясняет Аркадий Злочевский. - Достаточно было сократить (т.е. просто убрать) программу резервирования посевных площадей. В Европе это добавило 6% площадей, а в Америке - если свести эту программу к нулю, страна дополнительно получит 100 млн. т продукции в год. При этом стоит учесть, что одна только Америка съедает 150 млн. т кукурузы в год на биоэтанол  - все это ресурсы, которые могут быть реализованы на продовольственном рынке - если отказаться от использования их на топливо. Поэтому нет опасений, что мы не накормим человечество, особенно с точки зрения российского потенциала. Мы обрабатываем 48 млн. га площадей (в этом году, к сожалению, потеряли под зерновыми порядка 8 млн. га), а пашни у нас на 10.08 2010 г., по данным Росземкадастра - 121 млн. га  - это только пашни (это не общие земли сельхозназначения). Помимо этого есть колоссальный потенциал наращивания урожайности, поскольку мы в массовом порядке не соблюдаем технологические критерии", - считает глава Зерносоюза.