Козырь в рукаве

1. Как хорошо быть монегаском! До сих пор княжество Монако у меня лично ассоциировалось исключительно с гонками Формулы-1, а Монте-Карло – почему-то с гномами, вырубающими из горы огромные сверкающие самоцветы. Никаких богатых карликов я в Монте-Карло не увидела, но это вовсе не значит, что их там нет. Состоятельных граждан в княжестве Монако больше, чем где-либо на планете. Это даже не считая приезжих миллионеров.

Взять, к примеру, хотя бы простых монегасков – это основное население Монако, народ общей численностью около семи тысяч человек. Большинство из них родились в рубашке с вышитым гербом княжества Монако, которое своих законных подданных так горячо любит, что освобождает их от налогов, дает им беспроцентные кредиты, платит пособия и заваливает подарками. Для тех монегасков, которые по местным меркам считаются малоимущими, на берегу моря построен целый район.

С горы, на склоне которой разбит княжеский парк, открывается превосходный вид на это буржуйское гетто из комфортабельных многоэтажных башен с мариной для малотоннажных судов.

- Там, внизу, живут бедные монегаски, и стоят их яхты! – со слезой в голосе говорит  экскурсовод.

Очень хочется самоотверженно пополнить собой огорчительно малочисленные ряды бедных и несчастных монегасков, однако выясняется, что это не так просто. Женщина может получить гражданство, вступив в законный брак с монегаском, а вот мужчина даже после женитьбы на представительнице коренного народонаселения будет ждать присвоения ему почетного звания «заслуженный монегаск» от восьми до двадцати лет.

Обнадеженные незамужние дамы из нашей группы начинают оглядываться по сторонам в поисках завидного жениха с монакской пропиской. Наиболее завидный – это, конечно, сам правитель княжества принц Альберт Второй. Образованный, респектабельный, богатый и, главное, холостой принц как раз готовится отметить свое пятидесятилетие: на площади перед средневековым замком уже расставлены столы, все здания вокруг украшены красно-белыми флагами.  Увы, у нас нет приглашений на праздничный банкет. Утешаемся покупкой тарелок с видами Монако в окрестных сувенирных лавках и фотосессией на фоне захватывающего вида на Монте-Карло.

Что интересно, никаких монтекарликов по-прежнему не видать,  город кажется пустым. К серебряному зеркалу воды в порту приклеены роскошные яхты и белоснежные круизные суда, вершину горы медленно окутывает туманное облако, и даже машинки по трассе Формулы-1 катят нарочито неспешно.

Неуловимый принц Альберт зримо напоминает о себе получасом позже. Выйдя из собора, построенного в конце 19 века для замаливания многочисленных грехов правящей фамилии, мы видим роскошный спортивный автомобиль. Черный, с откидывающейся крышей, он идеально соответствует тому мужественному образу современного принца, который успел сложиться в мечтах невостребованных золушек. Увы, владельца автомобиля нигде не видно.

- Очевидно, он там, - шепчутся наши девы, кивая в сторону здания, украшенного гербом княжества Монако и увенчанного его же флагом.

Это что-то вроде мэрии или государственного совета, где заседают самые важные монегаски. Туристов в цитадель власти не пускают, и мы шагаем вниз с горы мимо виллы сестры Его Высочества принца Альберта – принцессы Стефании. Фотоаппараты нацелены на балкон, увитый зеленью, и окна, наполовину закрытые апельсиновыми деревьями, но экскурсовод говорит, что сегодня принцесса не помашет нам ручкой. Ее Высочество Стефания и ее старшая сестра Каролина прославили княжество фантастическими любовными авантюрами, их широким натурам в маленьком Монако стало тесно, и поэтому они здесь не живут.

А вот мы бы жили! В таких-то замках, виллах, в роскошном Отеле де Пари с его морскими термами, в гостинице «Эрмитаж», где ажурный купол над зимним садом проектировал сам Гюстав Эйфель… В парке со множеством цветущих кустов и фонтанчиком, в бассейне которого плавают здоровенные золотые рыбины, тоже можно было бы вполне уютно пожить денек-другой, да местная полиция не позволит.

2. Охрана Монако. У них в Монако на одной-единственной квадратной миле общей площади полтыщи полицейских и 1800 камер наблюдения, работающих 24 часа в сутки!

Безопасность в княжестве возведена в абсолют. Все выезды из Монако могут быть перекрыты в считанные минуты, системе связи позавидует любая спецслужба, полиция неусыпно бдит, а самые мелкие правонарушения строго наказываются.

- Преступника могут посадить вот в эту тюрьму! – стращает нас экскурсовод.

Мы не пугаемся. Мы останавливаемся и задираем головы, чтобы посмотреть на величественную каменную башню с таким видом на море, который удвоил бы стоимость дорогого гостиничного номера. Оценив перспективу, деловито спрашиваем, что нужно сделать, чтобы схлопотать пару недель (до конца отпуска) тюремного срока.

- О, несколько лет назад с одним русским туристом был такой случай! – сокрушенно качает головой наш гид. – Он так много выпил, что не мог идти и улегся спать на тротуаре, а потом дрался с полицейскими, и за это был наказан тюремным заключением.

- Только и всего?! – мы обрадовано переглядываемся и подталкиваем друг друга локтями.

Способ кажется в высшей степени простым и приятным. Хлебнуть лишку и завалиться на безупречно чистый тротуар в Монте-Карло мешает только отсутствие с собой достаточного количества спиртного. Надираться в местных питейных заведениях для нас дороговато. Мы же не привилегированный класс!

- Таких не берут в монегаски! – на мотив старого хита грустно напевает внутренний голос.

3. Деньги – тлен. Но сливками общества мы себя все-таки ощущаем. Особенно, когда заходим в знаменитое казино Монте-Карло под фальшиво безразличным взглядом охранника, который не позволит нам запечатлеть свое пребывание в игорном заведении на фото. Любые съемки здесь запрещены, а жаль! Так хотелось сфотографировать ту крошечную проплешинку на расписной стене, которая единственная подтвердила воспитанное в нас убеждение, что богатство суть прах и тлен!

Делать ставки идут только самые решительные из нас – всего два человека. Один выходит счастливым, выиграв десять евро, второй точно такую же сумму проигрывает и слегка грустит. Впрочем, мы пришли сюда не за прибылью. Нам важно было просто побывать в самом знаменитом казино на свете. Бескультурная составляющая нашей группы шепчет, что неплохо было бы по старой русской традиции нацарапать на какой-нибудь фреске «Здесь были Вася и К», но у нас есть немного совести и совсем нет гвоздя.

Потом мы долго, недоверчиво и с опасливым уважением смотрим на кривое зеркало в центре площади между казино Монте-Карло, Отелем де Пари и рестораном Кафе де Пари. В чем смысл и суть этой гигантской полированной тарелки, непонятно, поэтому мы придумываем свою версию. В соответствии с ней вогнутое зеркало фокусирует в себе окружающую роскошь, чтобы показать богатой публике, какое у нее, этой самой публики, искаженное представление о настоящих ценностях человеческой жизни. Мы-то знаем (помним о проплешине в золотой штукатурке!), что не в деньгах счастье.

Настоящее счастье и искреннюю детскую радость мы испытываем, когда рулим по трассе Формулы-1, и наши мужчины наперебой галдят:

- О, этот поворот называется Virage St.Devote, он один из самых сложных!

- Да, теперь прямая, и следующий поворот будет рядом с площадью перед казино!

- А после «шпильки» гонка ныряет в тоннель!

Знаменитую городскую трассу в Монте-Карло – самый сложный этап мирового Гран-при – некоторые из нас уже проходили в компьютерных игрушках. Гид дополняет наши познания исторической справкой. Маршрут гонки в Монте-Карло с 1929 года почти не менялся. Соревнования всегда имели статус государственных и проводились под патронажем правителей. А первую гонку Гран-при в 1929 году лично открыл и сам же выиграл Его Высочество принц Пьер – дедушка нынешнего суверена Монако Альберта Второго. То есть пристрастие к скоростным автомобилям у нашего принца наследственное.

Вообще-то еще в эпоху другого Альберта – Первого – стало ясно, что в Монако правит весьма необычная династия. Принц увлекался древней историей, основал музеи доисторической антропологии и океанографии, создал автомобильный клуб Монако и вообще мало походил на потомка  затухающей ветви семейства аристократических разбойников. А генотип у них был мощный!

Раскопки у корней родословного дерева принцев Альбертов под руководством гида производим наскоро, но докапываемся аж до 1297 года. История княжества в целом достоверно известна с еще более ранних времен. В 1215 году император Генрих Шестой даровал права на эту землю генуэзской семье Гиббелини. Потом еще лет сто эта фамилия отчаянно воевала с другой – тех звали Гуэльфи (смутно припоминаем, что в нашем учебнике истории эта распря называлась войной гиббелинов и гфельфов). А у последних, оказывается, были приспешники по фамилии Гримальди. И вот они-то со второстепенных ролей умудрились выбиться в самые что ни на есть великие герои! Два брата Гримальди переоделись монахами и обманом проникли в цитадель Монако, где нейтрализовали своих врагов действенными средневековыми методами и утвердили сначала самих себя, а в исторической перспективе все свое семейство, на княжеском престоле на последующие 700 лет.

Из более близких предков современного суверена запоминаем Ренье Третьего, естественно, Гримальди. Он нам откровенно симпатичен уже тем, что женился не на принцессе какой-нибудь, и даже не на монегаске из приличной семьи, а на иностранной актрисе! Правда, актриса была далеко не рядовая – голливудская красавица Грейс Патриция Келли, оказавшаяся еще и умницей. Ее именем названа длинная улица, которая тянется через весь Монте-Карло и выходит за границы княжества. Такая правительственная трасса, по которой мы и покидаем сказочное государство поздним вечером.

Невидимое в темноте море и склоны гор сияют бесчисленными огнями, и лента шоссе искрится, как лунная дорожка. В Монако невероятные шоссе: гладкие-гладкие, но с вкраплениями каких-то блесток. Жалеем, что не спросили гида, из чего тут делают асфальт.