Инновационное развитие России и мировые глобальные проекты

1. Два вида инновационной активности. Можно предположить, что каждый отдельный субъект, как и общество в целом, обладают ограниченным (не бесконечно большим) потенциалом инновационной активности. По крайней мере, если последнюю рассматривать как экономический ресурс, то такая точка зрения становится понятной.

         Весь инновационный потенциал личности можно разделить на две части – реактивную и проактивную. Реактивная составляющая обращена на воспроизводство личности – это творчество, расходуемое на ее собственное жизнеобеспечение в сфере конечного потребления. Активная часть представляет собой творчество, расходуемое вовне, то есть общественно- значимое творчество для других, а не только для себя. В этом смысле оно есть продуктивная инновационная деятельность.

         Если исходить из того, что «сумма» (правильнее сказать, объединение) этих двух частей инновационного потенциала ограничена, то будет ясно, что увеличивая одну из них, мы уменьшаем другую. В различных социальных системах подобное разделение инновационного потенциала не одинаково. В советском почти «бесклассовом» обществе субъекты находились в четко регламентированных условиях жизнедеятельности. В то же время советская партократия была склонна к различного рода амбициозным проектам, показывающим непобедимость «нового общества». Можно перечислить планы «преобразования природы», строительства каналов и гигантских ГЭС, освоения целены и т.п. Эти намерения требовали значительных инновационных решений. Малая реактивная часть инновационного потенциала, сформированная упрощенной повседневной событийной средой, позволяла концентрировать способности к творчеству в его значимую проактивную составляющую.

         Всем, кто не забыл советский период, памятна картина пригородных электричек или метро, где пассажиры почти поголовно читают книги, толстые журналы, спортивную прессу и т.п. Упрощенное существование в реалиях «развитого социализма» стимулировало поиск альтернативы в виртуальном разнообразии сюжетов художественной литературы и мира спорта. Этот эффект проявлялся и в стремлении пополнить свое образование, а также в самом применении образования в инновационной деятельности. «Уходить в науку» было престижным. Если добавить сюда четкую направленность инновационной политики социалистического государства, ее масштабность и вменяемое ей «всемирно-историческое» значение, то станет ясно, какой огромный пласт усилий мобилизовала советская система.

         В позднесоветский и постсоветский период индивид получил право считать себя суверенным потребителем. Это была принципиально важная институциональная инновация – ортодоксальная коммунистическая идеология отвергает «вещизм», «мещанство» и «потребительство». Перемена ценностей обернулась массовым самоутверждением в сфере потребления. При этом, как следствие, возросла реактивная часть креативного потенциала. Проактивная его часть и соответствующая ей мотивация ушли на второй план.

2. Новый инструмент повышения инновационной активности. В настоящее время граждане России привыкают получать в целом немалые доходы за счет рентных преимуществ страны. В тоже время, как это очевидно, именно сейчас требуется переход на инновационно-ориентированную модель развития. Это невозможно без существенной ломки менталитета населения России. Поэтому требуется соответствующий инструмент. Он должен удовлетворять следующим требованиям:

         1. Быть масштабным;

         2. Быть эффективным в среде, в целом не склонной к инновациям;

         3. Быть необратимым как событие;

         4. Иметь непререкаемую авторитетность;

         5. Иметь системное влияние на экономику тем большее, чем он крупнее.

         Ранее такого рода событиями были войны и еще в большей степени – подготовка к ним. Сейчас эта цель сомнительна (демократии не воюют между собой). Однако цивилизация выработала приемлемую альтернативу. Это глобальные мировые проекты, среди которых выделяются чемпионаты мира по футболу, Олимпийские игры, автогонки «Формула–1».

         Эти проекты удовлетворяют перечисленным выше пунктам 1-5. Кроме того, они имеют следующие дополнительные особенности:

         6. Страна, выигравшая на них право, приобретает глобальный мировой бренд;

         7. Они носят информационно-инфраструктурный характер, то есть влияют на весь социум, а не только на экономику;

         8. Они императивны, то есть от них невозможно отстраниться;

         9. Они вовлекают значительную часть персонала национальных фирм в сферу глобального топ-менеджмента;

         10. Их «последействие» не ограничено во времени.

         В силу отмеченных особенностей данные глобальные проекты в наибольшей степени приспособлены для формирования инновационных секторов экономики. Речь не идет об эффективности этого ресурса. Он не может иметь иную эффективность, кроме наивысшей. Дело в другом. Посредством этих проектов жители России, хотят они того или нет, вовлекаются в жесткую среду принуждения к инновациям, которая способна радикально повлиять на их ментальность. Корректировка составляющих инновационного потенциала уменьшит его реактивную часть и увеличит проактивную.

         Поскольку методы такой корректировки в отличие от действий тоталитарного государства являются более легитимными, то применять их можно с большей жесткостью и целенаправленностью.