В конце января 2010 г. прошел 40-ой Всемирный экономический форум в Давосе. Как обычно, на нем присутствовали все «сливки» мирового экономического бомонда. Каковы же его итоги? Что показал Давос-2010? Какие проблемы он обнажил? Какие меры по стабилизацию мировой экономики там были намечены?

         Попробуем подвести некоторые итоги.

         1. Отражение России в зеркале Давоса. Вопросы, обсуждаемые на Давосе, можно условно разделить на две части: касающиеся России и касающиеся мировой экономики. Рассмотрим пока наши внутренние проблемы, нашедшие отражение на Давосе-2010.

         Прежде всего, это заявление Алексея Кудрина, который сообщил, что Россия уже в 2010 году готова разместить евробонды на сумму в 17,8 млрд. долларов. Учитывая официальный статус А.Кудрина и солидность Давоса, можно не сомневаться в том, что это заявление отнюдь не голословно, и оно будет приведено в исполнение в самое ближайшее время. А это означает следующее.

         Россия, долгое время успешно справляющаяся со своими долговыми проблемами, снова попадает в неприятное положение. Похоже, что она снова оказывается в долговой удавке. По сути дела, Россия выходит на рынок внешних заимствований после десятилетнего перерыва с текущим размером госдолга около 10% ВВП. По оценке же Министерства финансов РФ, в 2012 году госдолг может увеличиться до 16% ВВП, что весьма неприятно и может болезненно сказаться на всей российской экономике. И это новый тренд, сформировавшийся в результате кризиса. Можно сказать, что кризис «сломал» гармоничную долговую политику России и это является прямым свидетельством негативного влияния кризиса на отечественную экономику.

         Вторым знаковым событием следует считать заявление Анатолия Чубайса о готовности «РОСНАНО» вместе с ММВБ осуществить уже в 2010 году IPO нескольких высокотехнологичных российских компаний. Хотя это заявление во многом смахивает на некую показуху, его все-таки следует оценить как очень прогрессивное начинание. Фактически оно знаменует собой начало выведения российского хай-тека на мировой рынок капитала. Учитывая недоразвитость данного сектора экономики России, такой шаг даст новый импульс его развитию, причем на основе финансовой прозрачности и цивилизованных механизмов инвестирования. Наверное, это событие также можно оценить как некий новый тренд в экономическом развитии страны.

         На наш взгляд, Давос-2010 в отношении России ограничился именно этими двумя трендами, один из которых в соответствии с их масштабом сильно негативный, а второй – слабо позитивный. Все остальное можно признать малозначительной шелухой. Сюда же следует отнести и вынесенный на широкую арену спор между Алексеем Кудриным и Германом Грефом по поводу возможности продажи относительно небольшого пакета акций Сбербанка России. Этот вопрос никак нельзя считать принципиальным, ибо и в том, и в другом случае Сбербанк остается под полным контролем государства, а продаваемый пакет акций составляет меньше 10%. По мнению Г.Грефа, это помогло бы решить некоторые проблемы отечественного бюджета, однако и этот эффект следует признать не столь уж значительным, чтобы выносить его на международную дискуссионную площадку.

         2. Мировая экономика в зеркале Давоса. Все вопросы мировой экономики в Давосе-2010 прошли под знаком обозначения неких фундаментальных противоречий. Здесь, пожалуй, можно выделить три ключевых тренда.

         Первый тренд связан с явно обозначившимся неоднозначным отношением к Китаю. С одной стороны все с надеждой смотрят на этого гиганта и ждут, что он выступит в роли локомотива мировой экономики. Это и неудивительно, ибо Китай практически не был затронут рецессией и продолжает очень динамично развиваться. С другой стороны чрезмерная активность страны во внешнеторговой сфере уже поперек горла стоит у многих стран мира. Если раньше (до кризиса) дешевый китайский экспорт многих откровенно радовал, то в условиях кризиса, когда произошло резкое сжатие спроса, китайские товары стали восприниматься как съеденные рабочие места внутри стран-импортеров. Китай также прекрасно осознает, что во внешней сфере ему уже не дадут такой свободы как раньше, а потому он открыто признает тот факт, что страна переориентирует свою экономику на внутренний спрос. Так, вице-премьер КНР Ли Кэцян заявил, что его страна будет прилагать все усилия к тому, чтобы подстегнуть потребительский спрос в стране. Это явно новый тренд, который может через некоторое время изменить не только сам Китай, но и баланс сил во всем мире.

         Любопытно, что нежелание мириться с чрезмерно сильной позицией Китая во внешней торговле было предельно ясно артикулировано Джорджем Соросом, который отметил необходимость укрепления юаня. Понятно, что поворот к такой политике приведет к ослаблению китайского экспорта и активизации импорта в страну. Независимо от того, последует Китай этому призыву или нет, совершенно ясно, что это был недвусмысленный сигнал об ограничении роли Поднебесной империи на мировом рынке.

         Вторым трендом явилось осознание неоднородности европейской экономики. Так, один из ведущих мировых экспертов известный экономист Нуриэль Рубини в рамках форума раскритиковал экономическую политику испанских властей и заявил, что экономические проблемы Испании угрожают стабильности зоны евро. Почти 20% трудоспособного населения страны не имеют работы, по состоянию на сентябрь бюджетный дефицит страны увеличился в четыре раза по сравнению с прошлым годом. Помимо этого традиционным «узким звеном» Евросоюза является Греция, у которой уже давно дефицит зашкаливает за все мыслимые пределы. К сказанному можно добавить, что сейчас уже осознаны очень серьезные экономические проблемы Португалии и Италии. Сейчас уже даже появилась новая аббревиатура – ПИГИ (Португалия, Испания, Греция, Италия), которая включает в себя проблемные страны Европы. И хотя европейские финансисты готовы профинансировать проблемные страны, а европейские политики не готовы отказаться от самой идеи Евросоюза, обнажившаяся проблема заставляет лишний раз призадуматься над тем, так ли уж гомогенна и стабильна европейская экономика. Это тот вызов, который на Давосе был артикулирован, а в перспективе на него предстоит отвечать.

         Третий тренд связан с начавшейся борьбой за ограничение банковских и инвестиционных рисков. С одной стороны Барак Обама, опирающийся на советы опытнейшего финансиста Пола Волкера, настаивает на ужесточении банковского регулирования и реанимации в той или иной форме закона Гласса-Стигала, с другой стороны – банкиры и финансисты отрицают необходимость и правомерность многих ограничительных практик. И у Обамы, и у банковских апологетов есть свои сторонники. Пока не ясен, в чью пользу будет перевес, но уже сейчас ясно, что ограничительные действия в отношении банковского сектора не будут «грубыми». Например, такие меры, как ограничение бонусов банковскому топ-менеджменту, налогообложение бонусов, ограничение размеров банков и пр. не будут использоваться. Многие участники Давоса высказались против таких жестких действий. С другой стороны была осознана необходимость разделения кредитной и инвестиционной деятельности, регулирование отношений между банками, инвестиционными фондами и страховыми компаниями и т.п. По-видимому, в недалеком будущем мы станем свидетелями целого веера «мягких» (или, точнее, «тонких») методов ограничения банковских рисков. И, похоже, что эта тенденция станет всеобщей, ибо в одиночку внедрение подобных механизмов просто невозможно.

         3. Основной пафос Давоса-2010. Если же попытаться резюмировать тот общий настрой, который царил на форуме, то это, пожалуй, будет идея о возвращении либерализации экономики. Даже премьер Индии высказался, что переход на траекторию роста требует стимулирования, а, следовательно, либерализации экономики. Ужесточение и усиление государственного регулирования хорошо работает при кризисе, но при необходимости обеспечения подъема надо опираться на какие-то иные механизмы. И, похоже, что иных императивов, кроме либеральной экономики, ни у кого на этот счет нет.

         Разумеется, не стоит преувеличивать и говорить, что идея либерализации стала всеобщей, но и недооценивать ее не стоит. Если на предыдущем Давосе главенствовала идея всеобщей банковской национализации и усиления вмешательства государства в экономику, то на Давосе-2010 уже отчетливо звучала прямо противоположная позиция. Это, пожалуй, и есть основной пафос нынешнего экономического форума. Возврат к нормальной жизни требует и возврата к идеям свободного рынка.

КОММЕНТАРИИ